Влюбленные мужчины

О книге

Эдвард Аллистер Рис внешне напоминал писателя Сэмюэля Беккета: худой, с острыми чертами лица и густыми седыми волосами, коротко стриженными в полубокс. Лицо его было изрезано морщинами, словно лёд на катке Мюррейфилд. Рис родился и вырос в литском порту, окончил местный морской колледж и получил документы моряка торгового флота. Когда его дом на Бёрлингтон-стрит снесли, поселился в Грантоне вместе с женой Джесси и двумя детьми, Аланом и Карен. В ожидании очередного рейса Эдди обычно проводил время в пабах Лита, чаще всего в «Marksman» на Дьюк-стрит, иногда его можно было встретить в заведениях попроще, вроде «Tap» или «Anchor», а по воскресеньям он изредка отдыхал в «Wardie».

Как и Беккет, Эдди Рис был человеком с литературной жилкой, но старался это скрывать: он боялся насмешек за свой разносторонний ум — и со стороны своих, и со стороны осуждающей буржуазии. Больше всего он читал в море, в тесной узкой каюте. У изголовья койки всегда лежала тонкая книга, он читал её, как другие читают Библию или Коран, выбирая страницы наугад. Это был ничем не примечательный потрёпанный томик в мягкой обложке на старинном народном языке, который более любознательные товарищи по судну считали непостижимым.

«Marksman» был пристанищем святой троицы старых литских алкашей: судостроителей с «Robb Caledon», портовых грузчиков и моряков торгового флота. Маленькое уродливое помещение, немного напоминавшее офис службы соцобеспечения: резкий свет потолочных ламп будто нарочно подчёркивал хрупкую ветхость жизни. Характер этому месту задавали завсегдатаи-мужики, именно работяги; больше здесь, по сути, никто и не пил.

В начале восьмидесятых, когда индустриальный Лит уже угасал, среди молодёжи вошло в моду забегать сюда на пинту-другую с отцом, дядей или соседом. Послушать старые байки, принять в наследство крупицы мудрости или глупости, а потом идти по своим любимым пабам.